УДК 378


Костылева Екатерина Владимировна, преподаватель кафедры педагогики ФГАОУ ВО «Крымский федеральный университет имени В.И. Вернадского»

e-mail: katerinakostyleva@mail.ru


ПОЛИКУЛЬТУРНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ ПРОСТРАНСТВО ТАВРИЧЕСКОЙ ГУБЕРНИИ (1802-1921): УСЛОВИЯ ФОРМИРОВАНИЯ


Аннотация: в данной статье Таврическая губерния рассматривается как поликультурный регион и поликультурное образовательное пространство. На основании проведенного анализа автором были выделены основные признаки поликультурного образовательного пространства. В статье рассмотрены условия формирования поликультурного образовательного пространства Таврической губернии: особенности государственной образовательной политики в регионе и инициативы местной администрации.

Ключевые слова: поликультурный регион, поликультурное образовательное пространство, Таврическая губерния


Katerina Kostyleva, Lecturer of the Department of Pedagogy, V.I. Vernadsky Crimean Federal University

e-mail: katerinakostyleva@mail.ru


MULTICULTURAL EDUCATION SPACE TAURIDA PROVINCE (1802-1921): FORMATION OF CONDITIONS


Annotation. In this article Taurida province is considered as a multicultural region and multicultural educational environment. Based on the analysis the author has identified the main features of a multicultural educational environment. The article describes the conditions for the formation of multicultural educational space of Taurida province: features of state educational policy in the region and the initiatives of the local administration.

Keywords: multicultural region, multicultural educational space, Taurida province.

Крым вошел в поликультурное образовательное пространство Российской Федерации, однако некоторые проблемы этой интеграции еще не решены. Часть из них обусловлена исторически сложившимися особенностями, с которыми в свое время столкнулось еще Министерство народного просвещения Российской империи.

Данная работа проводится в рамках диссертационного исследования «Развитие педагогического образования в поликультурном регионе (на примере Таврической губернии XIX– начала XX вв.).

В качестве поликультурного образовательного пространства Таврическая губерния изучена не была. В современных историко-педагогических исследованиях разнообразие национального и конфессионального состава Таврической губернии обычно указывалось в числе особенностей развития того или иного педагогического явления (Э.Абибуллаева, С.Вишневский, А.Шелягова, Т.Шушара). Ряд исследователей, среди которых и педагоги (Э.Бекирова, Л.Редькина), и историки (О.Балагура, В.Ганкевич, Д.Прохоров, В.Тур, К.Шумский), анализировали этнокультурные процессы в регионе, изучали деятельность светских и этно-конфессиональных учебных заведений, исследовали педагогические традиции отдельных народов и общностей, проживавших в Таврической губернии. Крым как поликультурный регион был представлен в монографиях Н.Якса (2008), О.Гривы (2005), Е.Черного (2013).

Таким образом, целью данной статьи является анализ условий формирования поликультурного образовательного пространства Таврической губернии.

Анализ истории Крыма позволяет утверждать, что он издавна формировался как поликультурный регион, развивавшийся на стыке цивилизаций. Так крымский полуостров испытал на себе громадное влияние греческой цивилизации, пережил все перипетии ее сосуществования с культурами кочевников (скифы, сарматы, аланы, хазары), населявших регион в разные времена. Крымские земли находились под протекторатом Рима, а после его падения были подчинены Византии. После вторжения османов в Северное Причерноморье полуостров оказывается в границах мусульманской цивилизации. Несмотря на сложную историю, Крым хранит примеры удивительного сосуществования представителей разных народов и вероисповеданий, как в рамках отдельных городов, так и в границах целых государств, существовавших здесь в разное время.

Поликультурности полуострова способствовало и его уникальное природное устройство – разнообразие климатических зон и форм рельефа. Крым естественным образом разделен на степь, где ногаи-кочевники могли заниматься скотоводством, горный и предгорный районы, где оседали крымские татары, перешедшие к земледелию, южнобережье, где селились христиане – колонисты, основным занятием которых была торговля [20, с. 32-33].

В Крымском ханстве помимо крымских татар, составлявших подавляющее большинство, проживали крупные общины греков, армян, итальянцев, караимов, крымчаков и турок. Присоединение Крыма к Российской империи (1783) вызвало значительный отток крымскотатарского населения. При этом, по данным IV и V ревизий, проводимых в Российской империи (1792 и 1796 соответственно), крымские татары, мусульмане по вероисповеданию составляли 88% от всего населения полуострова [2, с. 25].

Стоит уточнить, что исследуемый регион, Таврическая губерния, была образована в 1802 году и включала в себя помимо Крыма (пять уездов: Евпаторийский, Симферопольский, Перекопский, Ялтинский, Феодосийский) материковую территорию Северного Причерноморья (три уезда: Мелитопольский, Днепровский, Бердянский).

Тем не менее, с момента присоединения Крыма к Российской империи и до окончательной ликвидации Таврической губернии (1921) ситуация с национальным и конфессиональным составом населения существенно изменилась. Во-первых, сменилась этническая общность, составляющая большинство населения. Так по результатам переписи населения 1897 года, крымских татар во всей Таврической губернии – уже не более 13% (конкретно в Крыму – 34%). При этом группа восточнославянских народов (русские, украинцы и белорусы) составляла более 70% от населения губернии. Во-вторых, за счет постоянных миграционных процессов и переселенческой политики правительства палитра народов, населявших Таврическую губернию, значительно расширилась. Перепись населения 1897 года, в основу которой был положен языковой принцип, зафиксировала в Таврической губернии русскоязычные народы (русские, украинцы, белорусы), татароязычные (татары, караимы и крымчаки), а также немцев, евреев, болгар, греков, поляков, армян, молдаван, эстонцев, турок, чехов, цыган и прочие народы [13].

Таким образом, Таврическая губерния обладала характеристиками поликультурного региона. Но что представляло собой образовательное пространство Таврической губернии и как проходило его формирование в условиях поликультурности региона?

Термин «образовательное пространство» появился в педагогической литературе в 90-х гг. XX века и в современных исследованиях является для педагогов популярным инструментом анализа педагогической действительности (В.Борисенков, В.Гинецинский, О.Гукаленко, А.Данилюк, Е.Коротаева, И.Маланов, И.Шендрик, А.Шогенов). Однако однозначного определения термин еще не получил и вряд ли получит. В рамках нашего исследования достаточным является определение А.Джуринского, предложившего под образовательным пространством понимать территорию государства, в пределах которого действуют определенные стандарты образования и воспитания [10, c.222]. Образовательное пространство Таврической губернии являлось частью образовательного пространства Российской империи. На территории губернии действовали нормативно-правовые акты министерства народного просвещения, а также других властных структур, касавшихся вопросов организации учебно-воспитательного дела в империи.

В этом ключе поликультурность – такая характеристика образовательного пространства, которая подразумевает отражение в содержании образования культурного (этнического) разнообразия местного сообщества [22, с. 7-8]. При этом, если термином «поликультурный регион» принято лишь констатировать многонациональный и поликонфессиональный состав населения, то понятие «поликультурное образовательное пространство» ориентирует на наличие диалога культур, на межкультурное взаимодействие и отражение его результатов в организации и содержании образования, на так называемый «поликультурный педагогический потенциал» [9, с. 190].

Выделим наиболее важные для нашего исследования характеристики поликультурного образовательного пространства. Поликультурное образовательное пространство – это часть образовательного пространства, которая охватывает территорию, отличающуюся разнообразием этнического состава, культурных ориентаций населения. Ключевой характеристикой поликультурного образовательного пространства является наличие межкультурного взаимодействия в сфере образования. Поликультурность образовательного пространства задает новые рамки государственной политики в области образования в поликультурном регионе, оказывает непосредственное влияние на формы организации, структуру и содержание образования.

В данной статье мы рассмотрим условия формирования поликультурного образовательного пространства Таврической губернии.

С присоединением Крыма и образованием новой административной единицы Российской империи (1784 – Таврическая область, 1796 - часть Новороссийской губернии, 1802 – Таврическая губерния) одной из первых задач стало вовлечение населения региона в новую политическую, экономическую и социальную реальность. Инструментом такой интеграции стала сфера образования, целью – включение Таврической губернии в единое образовательное пространство Российской империи. При этом чиновники министерства народного просвещения (МНП) и администрация края столкнулись с замкнутостью этноконфессиональных систем образования крымских татар, караимов, крымчаков, незнанием русского языка подавляющей частью населения губернии, отсутствием подготовленных учителей [18]. Часть этих проблем имели более простые и менее толерантные решения, чем те, которые избрало правительство.

Этноконфессиональные учебные заведения, среди которых преобладали крымскотатарские медресе и мектебы, не подчинялись министерству народного просвещения, в качестве учителей часто имели подданных Турции [4], государства, с которым Россия за XVIII-XIX вв. воевала 9 раз.

Для осуществления минимального контроля над деятельностью религиозных организаций, этноконфессиональных учебных заведений по инициативе правительства были созданы специальные органы: Таврическое магометанское духовное правление и Таврическое караимское духовное правление. Однако возглавляли эти органы представители самой общины, контроль сводился к фиксации численности учебных заведений, а содержание обучения являлось неприкосновенным для чиновников МНП [11, с. 136, 167]. Учебные заведения поселенцев-колонистов (в основном немцев и болгар) с 1837 по 1881 года находились в ведении Министерства государственных имуществ, в связи с этим контроль над содержанием обучения в этих школах практически не осуществлялся.

Для вовлечения населения в единое образовательное пространство в Таврической губернии стали открываться правительственные учебные заведения: уездные и приходские училища, Таврическая гимназия (1812). Попытка возложить на первые правительственные учебные заведения функции подготовки педагогических кадров для многонационального региона не увенчались особым успехом. Недолго просуществовало открытое в 1810 году Отделение татарского класса (функционировало при Симферопольском уездном училище). Малоэффективной оказалась работа Татарского училищного отделения, открытого на базе Таврической гимназии (1827-1865). Разница в содержании обучения, незнание русского языка, а также низкий уровень подготовки выпускников этноконфессиональных школ создавали барьеры для их поступления в правительственные учебные заведения.

Учитывая эти проблемы, администрация Одесского учебного округа пошла по пути создания в Таврической губернии разветвленной сети правительственных учебных заведений и максимального распространения с их помощью русского языка среди местного населения. Параллельно открывались специальные отделения и классы с изучением крымскотатарского языка, в которых обучались не только крымские татары, но и русские, караимы, евреи. Так в 1837 году в Бахчисарае и Карасубазаре были открыты классы с изучением крымскотатарского и русского языков. В 1859 году были учреждены курсы крымскотатарского языка на базе Симферопольского уездного училища [1, с. 37].

Еще одним шагом в деле реформирования образования татарского народа должно было стать скорейшее введение преподавания русского языка и начал арифметики в крымскотатарских медресе. Классы русского языка в медресе учащиеся должны были посещать с 16-летнего возраста [4, с. 83]. Однако это встретило всяческое противодействие со стороны крымских татар, в связи с чем русский язык так и не вошел в содержание обучения многих этноконфессиональных школ.

Не смотря на это этноконфессиональные учебные заведения не были ликвидированы. Напротив, важной характеристикой образовательного пространства Таврической губернии является устойчивый рост количества национальных школ, а также школ с многонациональным составом учащихся.

В целом, из 930 начальных школ, существовавших в губернии в 1882 году, 592 принадлежали национальным и религиозным общинам. Среди них были крымскотатарские (314), немецкие (186), еврейские (31), болгарские (30), греческие (8), караимские (7), старообрядческие (6), армянские (5), чешские (2), польско-литовские (2), эстонские (1) училища. К.Шумский отмечает, что уже в 90-х годах XIX века количество большинства из них увеличилась в 2-3 раза [23, с. 41].

Помимо этого в регионе открывались правительственные, общественные и частные учебные заведения повышенного типа, ориентированные на подготовку специалистов из представителей национальных общин. Так вначале 40-х гг. XIX века в населенных пунктах Таракташ, Ишун, Сарабуз и Саки открылись правительственные волостные училища для подготовки канцеляристов и чиновников низшего звена из среды крымских татар. Также было открыто крымскотатарское училище в Ногайске. А в Симферополе при Таврической палате государственных имуществ была создана Практическая школа для татарских мальчиков [19, с. 54].

Для удовлетворения образовательных потребностей караимов силами общины было открыто караимское училище в Чуфут-Кале (1852-1857), которое по замыслу его организаторов должно было стать центром образования караимов. Однако финансовые трудности не дали возможности этому учебному заведению реализовать свой потенциал [12, с. 143]. В 1895 году было учреждено Александровское караимское духовное училище, призванное осуществлять подготовку служителей религиозного культа, а также учителей для начальных караимских училищ [16].

По инициативе известного крымского художника Г.Айвазовского в Феодосии было открыто Халибовское армянское училище (1858). Содержание обучения в нем приближалось к гимназическому курсу.

Кроме того в 1860 году при храме Св. Троицы в Симферополе была открыта так называемая греческая гимназия, выпускники которой становились учителями греческих церковно-приходских школ [3, с. 113, 115-116].

Успешным способом привлечь евреев в правительственную среднюю и высшую школу стали различные преференции, устраиваемые для таких учащихся: льготные условия службы, снятие ограничения на перемещение и проживание вне черты оседлости (указ 1861 года), сокращение срока воинской службы (Устав 1874 года) [14]. Эти меры значительно увеличили количество евреев в средних и высших учебных заведениях. В Таврической губернии процесс преодоления замкнутости иудейских общин шел быстрее. Так из числа зачисленных в Таврическую гимназию в 1860 году иудеи составляли треть. В 60-х гг. XIX века в Керченской мужской гимназии около четверти гимназистов были евреями [21].

В регионе также открывались специальные учебные заведения и классы, осуществлявшие подготовку учителей для национальных и многонациональных школ губернии: Таврическое женское епархиальное училище (1866), Симферопольская татарская учительская школа (1872), Таврическая духовная семинария (1873), Феодосийский учительский институт (1874), педагогические классы при женских гимназиях (70-е гг. XIX в.), Преславская болгарская (1875) и Старокрымская (1912) учительские семинарии, второклассные учительские школы, центральные немецкие училища, женские профессиональные школы, крымскотатарские учительские семинарии в Симферополе и Бахчисарае (нач.XX в.). Повышение квалификации учителей многонационального региона происходило благодаря деятельности многочисленных педагогических курсов и учительских съездов.

В 1870 года были утверждены «Правила о мерах к образованию населяющих Россию инородцев», где были представлены решения и по вопросам обучения крымских татар и караимов. На основании утвержденных Правил, в Таврической губернии в 70-х гг. XIX в. начинают открываться русско-татарские и русско-караимские министерские училища. Целью этих училищ было распространение русского языка среди так называемых «инородцев» Таврической губернии и скорейшая их интеграция в культурное и языковое пространство Российской империи [17].

В тоже время Таврическая губерния стала местом зарождения широкого общественно-педагогического движения — джадидизм. В конце XIX века крымскотатарская учительская интеллигенция во главе с И.Гаспринским стала отстаивать в начальных школах новую методику преподавания языка («усульджадид»), в основу которой был положен более эффективный звуковой метод. Возникшее общественно-педагогическое движение джадидизм способствовало преодолению замкнутости этноконфессионального образования крымских татар и шло в разрез со стремлением духовенства и традиционно настроенных учителей сохранить старометодную крымскотатарскую школу. Подготовка педагогических кадров для новометодных мектебов осуществлялась в новых педагогических учебных заведениях – мектебах «Руштие» («школах отроков»). Эти учебные заведения не подчинялись ни министерству народного просвещения, ни Таврическому магометанскому духовному правлению [4] .

В 1906 были введены в действие «Правила о начальных училищах для инородцев, живущих в восточной и юго-восточной России». Однако они не были восприняты крымскотатарской общественностью. В поисках компромисса в документ были внесены изменения (так называемые Правила 1907). В соответствии с этими Правилами на юго-восточной окраине Российской империи, в частности в Таврической губернии, открывались начальные инородческие училища: школы грамоты с двухгодичным курсом, начальные одноклассные с четырехгодичным и начальные двухклассные с шестилетним курсом обучения. Первоначальное обучение в них проходило на родном для учащихся языке. В программу входило изучение Закона Божия или соответствующего вероисповедания. Параллельно изучался русский язык. Учителями в этих учебных заведениях могли быть как русские, так и представители соответствующего народа. Общим требованием для учителей было наличие педагогической подготовки, образовательный ценз и свободное владение языком учащихся.

При этом в документе отмечалось, что «начальные училища для инородцев имеют целью, с одной стороны, содействовать их нравственному и умственному развитию и таким образом открывать им путь к улучшению их быта, а с другой - распространять между ними знание русского языка и сближение их с русским народом на почве любви к общему отечеству» [15].

После введения «Правил 1907 года» нелегально существующим в Таврической губернии мектебам «Руштие» было предложено либо перейти под контроль Таврического мусульманского духовного правления (ТМДП), либо принять учебные программы, установленные «Правилами 1907 года». Многочисленные совещания училищной администрации с представителями крымскотатарской учительской интеллигенции и духовенства особого результата не принесли. Некоторые мектебы «Руштие» все-таки перешли под юрисдикцию ТМДП, остальные были закрыты [4, с. 130, 126-129].

Примером того, что религиозная и национальная принадлежность являлись основанием для ограничения образовательных потребностей представителей отдельных народов, служили процентные нормы, установленные в отношении евреев. Хотя они не действовали в полную силу в ближайших Одесском и Харьковском университетах, тем не менее, были ощутимы и болезненны. Так при отборе наиболее достойных студентов для дальнейшей преподавательской деятельности в качестве кандидатов не рассматривались ни подданные других государств, ни иудеи [7, л. 154]. Когда в Таврической губернии подбирались кандидатуры для продолжения обучения в возрождавшемся Лейпцигском русском институте, нехристиане были вычеркнуты из списка рекомендованных в числе первых [8, л. 43-43 об.].

Отрицательно сказалось на поликультурном образовательном пространстве Таврической губернии и условия военного времени. Противниками России в I Мировой войне помимо других стран выступили Германия и Турция, что не могло не сказаться на межнациональных отношениях в Крыму. Было выявлено, что в некоторых крымскотатарских учебных заведениях преподавали турецкие подданные, а в учебном процессе использовалась запрещенная литература. Отдельные случаи шпионажа в пользу военного противника способствовали ужесточению контроля над общественно-политической жизнью и национальными школами крымских татар и немцев. В 1915 году в ходе массовых проверок увольнению подверглись учителя немецких училищ, многие церковно-приходские школы крымских немцев были закрыты, сократилось количество центральных училищ [5; 6].

В последние годы существования Таврической губернии организацию, структуру и содержание образования в учебных заведениях полуострова определяли не столько поликультурные образовательные потребности региона, сколько политические интересы противоборствующих сторон гражданской войны. Вносимые изменения не имели прочных оснований и долгосрочной перспективы, поскольку в первую очередь преследовали цель вовлечения народов Крыма в орбиту того или иного военно-политического лагеря. В связи с этим в ходе и по окончании гражданской войны многие учебные заведения вынуждены были прекратить свое существование.

Выводы. Исходя из вышеизложенного, можно заключить, что формирование поликультурного образовательного пространства Таврической губернии происходило в сложных условиях интеграции данного поликультурного региона в Российскую империю. Поликультурность Таврической губернии вносила несомненные коррективы в государственную образовательную политику в регионе, закладывая в ней принципы ненасильственности и диалога.


Список литературы:

1. Абибуллаева Э.Э. Дидактическая система Исмаила Гаспринского [Текст]: Дисс. … докт. пед. наук.: 13.00.01/ Энисе Эдемовна Абибуллаева – Киев, 2004. - 206 с.

2. Балагура О.В., Прохоров Д.А., Тур В.Г. Исторические особенности и современные проблемы этнокультурных и этнополитических процессов в Крыму [Текст]: монография / Под общ.ред. А. И. Айбабина.– Симферополь: Антиква, 2012.– 154 с.

3. Вища педагогічна освіта і наука України: історія, сьогодення та перспективи розвитку. АР Крим [Текст]/ Редкол. тому: О.В.Глузман (гол.) та ін. - К.: Знання України, 2009. - 295 с.

4. Ганкевич В. Ю. Очерки истории крымскотатарского народного образования (Реформирование этноконфессиональных учебных заведений мусульман в Таврической губернии в XIX начале XX века) [Текст]/ Виктор Юрьевич Ганкевич. – Симферополь: Таврия, 1998. – 164 с.

5. Государственный архив Одесской области (ГАОО), ф. 42, оп. 35, д. 1533 (26 января-14 декабря 1915).

6. ГАОО, ф. 42, оп. 35, д. 1554 (9 марта 1915-15 апреля 1915).

7. ГАОО, ф. 42, оп. 35, д. 324 (16 января 1891 – 11 декабря 1892).

8. ГАОО, ф. 42, оп. 35, д. 535 (31 мая – 18 декабря 1911).

9. Гукаленко О.В. Поликультурное образование: теория и практика [Текст]/ О.В. Гукаленко. - Ростов-на-Дону: Изд-во РГПУ, 2003. – 512 с.

10. Джуринский А.Н. Педагогика в многонациональном мире [Текст]/ А.Н. Джуринский. – М.: ВЛАДОС, 2010. – 240 с.

11. Ислам в Крыму: Очерки истории функционирования мусульманских институтов [Текст]/ [Бойцова Е.В., Ганкевич В.Ю., Муратова Э.С., Хайрединова З.З.]. - Симферополь: Элиньо, 2009. - 432 с.

12. Образование и педагогическая мысль Крыма (XIX - начало XX столетия) [Текст]: Монография / А.В, Глузман, Л.И. Редькина, С.А.Вишневский и др.; Под общ. ред. А.В. Глузмана, Л.И. Редькиной. – К.: Знания Украины, 2007. – 384с.

13. Первая Всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. 41: Таврическая губерния [Текст]/ Под редакцией Н.А.Тройницкого - СПб.: Изд-во Центрального статистического комитета МВД, 1904. — 341 с.

14. Полное собрание законов Российской империи. Собрание 2-е. Т.36. № 37684.

15. Правила о начальных училищах для инородцев, живущих в восточной и юго-восточной России, утвержденные министерством народного просвещения 31 марта 1906 г. с изменениями, последовавшими 2 января 1907 г. [Текст]- Казань: Типо-литография императорского Университета, 1907. - 6 с.

16. Прохоров Д.А. Система народного образования караимов Таврической губернии [Текст]/ Дмитрий Анатольевич Прохоров// МАИЭТ. - Вып.XIII. - С.541-588.

17. Прохоров Д.А. Этапы интеграции караимов в российское языковое и культурное пространство в конце XVIII – начале XX вв. [Электронный ресурс]. – URL: http://sociosphera.com/publication/conference/2013/165/etapy_integracii_karaimov_v_rossijskoe_yazykovoe_i_kulturnoe_prostranstvo_v_konce_xviii_nachale_xx_vv/, дата обращения 06.02.2016.

18. Сборник документов и статей по вопросу об образовании инородцев [Текст]. - СПб: тип. «Общественная польза», 1869. – 522 с.

19. Скальковский А. А. Общественное образование Новороссийского и Бессарабского края в 1840 годах [Текст]/ Аполлон Александрович Скальковский, [1845]. – 60 с.

20. Финогеев Б.Л. Крымские татары, немцы, греки, армяне, болгары. Национальное мастерство и его влияние на экономическое развитие Крыма [Текст]/ Борис Леонидович Финогеев и др.- Симферополь: Таврия, 1997. - 208 с.

21. Шелягова А.А. Становление и развитие гимназического образования в Крыму (XIX – начало XX века) [Текст]: дисс. … кандидата пед. наук: 13.00.01/ Анна Александровна Шелягова. - Ялта, 2012. – 311 с.

22. Шогенов А.А. Интеграционные процессы как фактор развития образовательного пространства поликультурного региона [Текст]: автореф. дис. на соискание учен.степени докт. пед. наук: спец. 13.00.01/ А.А.Шогенов. – М., 2007. – 44 с.

23. Шумский К.В. Духовно-навчальні заклади Таврійської Єпархіі (1859 – 1920 рр.) [Текст]: дисс. … кандидата ист. наук: 07.00.01/ Константин Владимирович Шумский. – Симферополь, 2004. - 242 с.

Ссылки

  • На текущий момент ссылки отсутствуют.


(c) 2016 Екатерина Владимировна Костылева